WWW.REFERATCENTRAL.ORG.UA - Я ТУТ НАВЧАЮСЬ

... відкритий, безкоштовний архів рефератів, курсових, дипломних робіт

ГоловнаПедагогіка, Сценарії виховних заходів → Гурткова робота - Реферат

Гурткова робота - Реферат

Читець 1.

Я к розам хочу, в тот единственный сад,

Где лучшая в мире стоит из оград,

Где статуи помнят меня молодой,

А я их под невскою помню водой.

В душистой тиши между царственных лип

Мне мачт корабельных мерещится скрип.

И лебедь, как прежде, плывет сквозь века,

Любуясь красой своего двойника.

И замертво спят сотни тысяч шагов,

Врагов и друзей, друзей и врагов.

А шествию теней не видно конца

От вазы гранитной до двери дворца.

Там шепчутся белые ночи мои

О чьей-то высокой и тайной любви.

И все перламутром и яшмой горит,

Но света источник таинственно скрыт.

Читець 2.

Здесь не Темник, и не Шуя -

Город парков и зал,

Но тебя опишу я,

Как свой Витебск — Шагал.

Тут ходили по струнке,

Мчался рыжий рысак.

Тут еще до чугунки

Был знатнейший кабак.

Фонари на предметы

Лили матовый свет,

И придворной кареты

Промелькнул силуэт.

Так мне хочется, чтобы

Появится могли

Голубые сугробы

С Петербургом вдали.

Здесь на древние клады,

А дощатый забор,

Интендантские склады

И извозничий двор.

Шепелявя неловко

И с грехом пополам,

Молодая чертовка

Там гадает гостям.

Там солдатская шутка

Льется желчь не тая...

Полосатая будка

И махорки струя.

Драли песнями глотку

И клялись попадьей,

Пили допоздна водку,

Заедали кутьей.

Ворон криком прославил.

Этот призрачный мир...

А на розвальнях правил

Великан-кирасир.

Ахматова. Кожне лiто я проводила пiд Севастополем, на березi Стрiлецької бухти. Саме там я i подружилася з морем. Найсильнiше враження цих рокiв - стародавнiй Херсон, бiля якого ми жили.

Критик. Один iз "пихатих" критикiв назвав Анну Ахматову "Зiркою Пiвночi". Невiдомо чому усi забули, що народилася вона на березi Чорного моря, а у дитинствi була справжньою пiвденною дикаркою — кудлатою, шаленою, i швидконогою. На превеликий жаль i розчарування батькiв цiлими днями вона вешталася бiля скелястих берегiв Херсонесу. Боса, весела, наскрiзь пропалена сонцем — саме такою ввiйшла вона в поему "У самого моря":

Читець.

Бухты изрезали низкий берег,

Все паруса убежали в море.

А я сушила соленую косу

За версту от земли на плоском камне.

Ко мне приплывала зеленая рыба,

Ко мне прилетала белая чайка,

А я была дерзкой, злой и веселой

И вовсе не знала, что это —- счастье.

Критик. Першi вiршi Анна Ахматова написала у вiцi 11 рокiв. Лiтература розпочалася для майбутньої поетеси не з Пушкiна й Лермонтова, а з Державiна та Некрасова, у творчiсть яких була закохана її мама.

Ахматова. Читати я училася за азбукою Лева Толстого. Слухаючи, як учителька навчала старших дiтей, я збагнула сутнiсть французької мови i уже в 5 рокiв вiльно володiла нею. Далi училася в Царськосiльськiй жiночiй гiмназiї. Спочатку дуже погано, а потiм — краще, та завжди з великим небажанням.

Журналiст. А потiм були Фундуклiєвська гiмназiя та юридичний факультет Вищих жiночих куурсiв у Києвi. I, накiнець, настав 1910 рiк.

Ахматова. Я виходжу замiж за друга моєї юностi — Миколу Степановича Гумильова. Вiн кохає мене уже 3 роки, i я певна, що моя доля — стати його дружиною.

Читець. (вірш Гумильова).

Вот я один в вечерний час,

Я буду думать лишь о Вас, о Вас.

Возьмусь за книгу, но прочту: "Она",

И вновь душа пьяна и смятена.

Я брошусь на скрипучую кровать,

Подушка жжет... нет, мне не спать,

а ждать.

И крадучись, я подойду к окну,

На дымный луг взгляну и на луну,

Вот там, у клумб, Вы мне сказали: "Да",

О, это "да" со мною навсегда

И вдруг сознанье бросит мне в ответ,

Что вас, покорной, не было и нет,

Что ваше "да" , ваш трепет у сосны,

Ваш поцелуй — лишь бред весны и сны.

Ахматова. Чи кохаю я його? Не знаю, та, здається, що кохаю.

Читець.

То змейкой, свернувшись клубком,

У самого сердца колдует,

То целые дни голубком

На белом окошке воркует,

То в инее ярком блеснет,

Почудится в дреме левкоя...

Но верно и тайно ведет

От радости и от покоя.

Умеет так сладко рыдать

В молитве тоскующей скрипки,

И страшно ее угадать

В еще незнакомой улыбке.

Ахматова. Коля збирається приїхати до мене. Я безмежно щаслива. Вiн пише менi незрозумiлi слова, i я ходжу з листами до знайомих, просячи пояснити. Вiн так кохає мене, що навiть страшно. А що скаже батько, дiзнавшись про моє рiшення? Якщо вiн буде проти нашого одруження, я втечу i ми обвiнчаємось таємно.

Читець.

Помолись о нищей, о потерянной,

О моей живой душе,

Ты в своих путях всегда уверенный,

Свет узревший в шалаше.

И тебе, печально-благородная,

Я за это расскажу потом,

Как меня томила ночь угарная,

Как дышало утро льдом.

В этой жизни я немного видела,

Только пела и ждала.

Знаю: брата я не ненавидела

И сестры не предала.

Отчего же Бог меня наказывал

Каждый день и каждый час?

Или это ангел мне указывал

Свет, невидимый для нас?

Ахматова. Гумильов моя доля i я покiрно вiддаюсь їй. Не судiть мене, якщо можете. Я клянусь усiм для мене святим, що цей нещасний чоловiк буде найщасливiшим зi мною.

Читець.

Он любил три вещи на свете:

За вечерней, пенье, белых павлинов

И стертые карты Америки.

Не любил, когда плачут дети,

Не любил чая с малиной

И женской истерики.

... А я была его женой.

Журналiст. Через пiвроку пiсля одруження Михайло Гумильов вiдправився в Абiссинiю.

Ахматова. Ще до одруження я обiцяла, що нiколи не буду заважати йому їхати туди, куди вiн захоче. А прощатися було так важко.

Читець.

Сегодня мне письма не принесли:

Забыл он написать, или уехал;

Весна, как трель серебряного смеха,

Качаются в заливе корабли,

Сегодня мне письма не принесли...

Он был со мной еще совсем недавно,

Такой влюбленный, ласковый и мой,

Но это было белою зимой,

Теперь весна, и грусть весны отравна,

Он был со мной еще совсем недавно...

Я слышу: легкий трепетный смычок,

Как от предсмертной боли, бьется, бьется

И страшно мне, что сердце разорвется,

Не допишу я этих нежных строк...

Критик. У листi Гумильов писав: "Я увесь день пригадую твої рядки про приморську дiвчинку. Вони не тiльки подобаються, вони п"янять мене".

Ахматова.

Стать бы снова приморской девченкой,

Туфли на босу ногу надеть.

И закладывать косы коронкой,

И взволнованным голосом петь.

Все глядеть бы на смуглые главы

Херсонесского храма с крыльца

И не знать, что от счастья и славы

Безнадежно дряхлеют сердца.

Читець. Вiдповiдаючи їй, Михайло Степанович писав:

Это было не раз, это будет не раз

В нашей битве, глухой и упорной:

Как всегда, от меня ты теперь отреклась,

Завтра, знаю, вернешься покорной.

Ахматова. Тебе покорной! Ты сошел с ума!

Покорна я одной господней воле.

Я не хочу ни трепета, ни боли.

Мне муж — палач, а дом его — тюрьма.

Но, видишь ли! ведь я пришла сама...

Декабрь рождался, ветры выли в поле,

И было так светло в твоей неволе,

А за окошком сторожила тьма.

Так птица о прекрасное стекло

Всем телом бьется в зимнее ненастье,

И кровь пятнает белое крыло.

Теперь во мне спокойствие и счастье.

Прощай, мой тихий, ты мне вечно мил

За то, что в дом свой странницу пустил.

Читець.

Не смеялась, и не пела,

Целый день молчала,

А всегда с тобой хотела

С самого начала:

Беззаботной первой ссоры,

Полной светлых бредней,

И безмолвной, черствой, скорой

Трапезы последней.

Журналiст. За прощаннями i зустрiчами настав час розлуки. У цей рiк Анна Андрiївна подарувала Гумильову збiрник вiршiв з надписом: "Моєму дорогому друговi М. Гумильову з любов"ю. А. Ахматова. 10 червня 1918 р. Петербург".

Читець.

Ты, для кого я на Леванте

Нетленный пурпур королевских мантий,

Я проиграл тебя, как Дамаянти...

Твоих волос не смел поцеловать я,

Ни даже сжать холодных тонких рук...

И ты ушла, в простом и темном платье,

Loading...

 
 

Цікаве